Вообще-то сами. Оба они (и мать Мария и Максимилиан) пошли в газовые камеры добровольно вместо евреев. А могли спокойно и не ходить. Евреев бы сожгли, всего и делов-то. А они бы жили себе.
В июле 1941 года из блока № 14, в котором жил отец Максимилиан, исчез заключённый. Беглеца найти не удалось (позже выяснилось, что он утонул в выгребной яме). Тогда заместитель коменданта лагеря
СС
отобрал 10 человек, которым было суждено умереть голодной смертью в блоке №
. Это наказание Фрич назначил в назидание и на устрашение заключённым, чтобы больше никто не пытался бежать. Всех обитателей барака построили, оставили без ужина (его у них на глазах вылили в канаву), а весь следующий день люди снова провели в строю под палящим солнцем. Вечером пришёл Фрич и стал отбирать 10 смертников. Один из отобранных ими людей, польский сержант
заплакал и сказал: «Неужели я больше не увижу жену и детей? Что же теперь с ними будет?». И тогда Кольбе вышел из строя и предложил Фричу свою жизнь в обмен на жизнь Гаёвничека. Фрич принял его жертву.
