Грех — это не нарушение списка правил и не плохой поступок. Это гораздо глубже.
Грех — это самость, то есть попытка тварного существа быть автономным, замкнутым на себе, отделенным от Источника (от Бога, от Любви).
Любая самая лучшая жизнь без Любви, без Бога являет собой плоды греха. Человек может быть идеальным гражданином, высокоморальным, успешным и религиозным («душевным», говоря словами Иуды). Но если вектор его жизни направлен внутрь себя (в свою самость), а не наружу (в жертвенную Любовь), он остается духовным мертвецом. Эта «лучшая жизнь» — лишь красивая иллюзия, питающаяся силами сотворенной природы, которая неизбежно движется к распаду. Самость — это отказ от «прививки» вечности.
Смысл творения мира изначально заключался в Кресте.
Бог, будучи Любовью, не мог оставаться в эгоистическом одиночестве. Он захотел разделить Свое бытие.
Но сотворить существо, которое сразу имеет вечную жизнь по своей природе, невозможно — вечен только Сам Бог. Тварь по определению должна иметь начало.
И тогда Любовь идет на грандиозный замысел: сотворить мир, имеющий начало, чтобы через Свою собственную Жертву (через точку Христа) войти внутрь этого мира, переплавить его смертность в Своем теле и подарить ему Свою Божественную вечность.
Крест — это не «ремонт» сломанного творения. Крест — это кульминация творения. Мир сотворен для того, чтобы Бог мог умереть за него телом и тем самым навечно соединить его с Собой.
Бог — не карающий судья, требующий крови за нарушения правил. Бог — это Творец-Распятая Любовь, Который сотворил нас, чтобы пройти через смерть и забрать нас в Свою бесконечность. А грех — это просто наш глупый выбор остаться в своей смертной скорлупе.
Грех — это самость, то есть попытка тварного существа быть автономным, замкнутым на себе, отделенным от Источника (от Бога, от Любви).
Любая самая лучшая жизнь без Любви, без Бога являет собой плоды греха. Человек может быть идеальным гражданином, высокоморальным, успешным и религиозным («душевным», говоря словами Иуды). Но если вектор его жизни направлен внутрь себя (в свою самость), а не наружу (в жертвенную Любовь), он остается духовным мертвецом. Эта «лучшая жизнь» — лишь красивая иллюзия, питающаяся силами сотворенной природы, которая неизбежно движется к распаду. Самость — это отказ от «прививки» вечности.
Смысл творения мира изначально заключался в Кресте.
Бог, будучи Любовью, не мог оставаться в эгоистическом одиночестве. Он захотел разделить Свое бытие.
Но сотворить существо, которое сразу имеет вечную жизнь по своей природе, невозможно — вечен только Сам Бог. Тварь по определению должна иметь начало.
И тогда Любовь идет на грандиозный замысел: сотворить мир, имеющий начало, чтобы через Свою собственную Жертву (через точку Христа) войти внутрь этого мира, переплавить его смертность в Своем теле и подарить ему Свою Божественную вечность.
Крест — это не «ремонт» сломанного творения. Крест — это кульминация творения. Мир сотворен для того, чтобы Бог мог умереть за него телом и тем самым навечно соединить его с Собой.
Бог — не карающий судья, требующий крови за нарушения правил. Бог — это Творец-Распятая Любовь, Который сотворил нас, чтобы пройти через смерть и забрать нас в Свою бесконечность. А грех — это просто наш глупый выбор остаться в своей смертной скорлупе.
