Человек ведь просит прощения перед тем, кем согрешил словом или поступком, в первую очередь для себя же. И пред Богом мы каемся, просим прощения и милости в первую очередь для себя же. Сам этот процесс нам необходим, как лекарство, изгоняющее из нас самую мерзкую диавольскую страсть, препятствующую спасению нашему - гордыню. В покаянии и прошении прощения являются наше кротость и смирение, вне которых не обрести Божией любви. Равно как и в прощении тех, кто перед нами кается и просит у нас прощения.
Поэтому всегда и нужно прощать, а не отвергать просящего прощения, даже если нам кажется, что нам не за что его прощать, или, как в вашем случае, что к вам ничего "не прилипнет". Дело не в том, что нам кажется, и уж тем более не в том, что к нам ничего "не липнет", но в том, что даём просящему прощения то, чего он просит. А если не даём, то почему? Считаем что не за что и что "не липнет"? А какой дух убеждает, что не нужно и что мы самосвяты, к которым уже ничего "не липнет", поэтому и прощать не надо? Для меня однозначно, какой. И если такую малость, как прощения дать не можем, оправдывая себя какими угодно отговорками и причинами, то как надеемся сами получить его у Христа, Который сказал, прямо, однозначно и предельно ясно:
14. Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный,
15. а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. (Мф.6:14,15)
37. Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете; (Лк.6:37)
Ни о каких а, но, если и прочих мудрствований о том, что нам не за что прощать или что к нам уже ничего "не липнет", по святости нашей, здесь речи нет. Но предельно ясно: просят - дай. А кто не даёт, тот не имеет в себе ни любви, ни Христа. Чада Божии всегда прощают. Не прощают те, в ком иной дух препятствует этому, в какие бы удобные и логические формы он не облекал этот отказ.
А если наша "святость", убеждает нас, что к нам уже ничего "не липнет", а значит нам и прощать уже никого не нужно, то эта "святость" ничто иное, как самообольщение человека, находящегося в глубочайшей прелести, но при этом мнящего самого себя уже безгрешным, святым и спасённым. Таковым, в которых сердце и разум уже помрачены настолько, что они диавольскую прелесть почитают за "святость", отчего не способны ни просить прощения, ни прощать, вообще возможно ли спастись? Ведь тому, кто диавольский морок почитает за Божий свет, и спасаться не нужно, потому что он мнит сам себя уже спасённым.
